Русские люди


       
ВЫПУСКИ

Рубрики
Проза
Поэзия
Русские люди
Русская провинция
Тени минувшего
Наша вера
Странники
Мнение
Приглашение
к разговору
Наши фоторепортажи
Увлечённые
Сверхнаучные знания
Даты
Эксклюзивные интервью

Тематические обзоры


ГОСТЕВАЯ КНИГА


 

Русские люди

Владимир ТОПОРКОВ
главный редактор газеты "Инжавинский вестник"
(Тамбовская обл., Россия)

ЭТО НУЖНО ЖИВЫМ

В середине апреля 2008 года наша газета опубликовала письмо с Украины. Прислал его И.Г. Денисов - фронтовик, участник норвежского Сопротивления в годы второй  мировой войны, с 1960 года - старший преподаватель кафедры иностранных языков Запорожского машиностроительного института (ныне технического университета), с 2001 года - член Международного общества по изучению происхождения и эволюции языка (LOS).


Все это выяснилось позже. Как члена группы «Поиск» И.Г.Денисова интересовали сведения о родных однополчанина, нашего земляка из с. Балыклей С.В. Желтоухова.
Свое письмо Иван Гаврилович Денисов адресовал главе администрации района А.М. Попову. После публикации в районке завязалась переписка с сыном С.В. Желтоухова.

«С 1985 года почти регулярно ездил в Гродно, на встречи ветеранов, - пишет Иван Гаврилович сыну однополчанина Георгию Семеновичу, - но туда не приезжал никто из моих однополчан … В 2006 году в Гродно я побывал в последний раз. Там, на месте наших боев, обновляют музей, но среди фотографий нет ни одной из нашего, 10-го артпульбата.
Я старый человек, но решил заняться собственным поиском и добиться, чтобы о ДОТовских бойцах и командирах осталась память. Готовлю для музея альбом… Меня поддерживает родня, так как я и вижу плохо, и слышу неважно, но считаю - пока жив, хоть что-то для погибших однополчан сделаю…
Возможно , где-то мы были рядом с вашим отцом. Считаю его своим собратом заочно. Известно, что Семен умер в плену 17.03.1943 года. Светлая ему память! Я постараюсь прислать Вам официальный немецкий документ (его копию, конечно) о том, где именно он упокоился. Помяну и вашу маму в числе всех жен, поднявших на ноги осиротевших детей моих собратьев.
Мой поклон Вашей семье. Всего Вам доброго - Иван Гаврилович (1921 года рождения)».

Из этой переписки Георгий Семенович многое узнал о судьбе отца и его однополчан. В начале Великой Отечественной войны 68-й Гродненский укрепрайон, где служил его отец, находился на острие удара фашистских дивизий группы «Центр». А в письмах И. Г. Денисова воспоминания редких оставшихся в живых очевидцев, родных однополчан. По этим бесценным документам вырисовывается картина тех грозных часов и дней начала Великой Отечественной на Белостокско-Гродненском направлении немецкого удара… Вот как это было.


День был как день. Не лучше и не хуже других. Семен размашисто шагал из палаточного солдатского городка в деревню Ячнево (придумают же название, мелькнула у него мысль, а впрочем, ячневая каша - дело хорошее, я бы сейчас не отказался от нее). Свежий ветерок нес с собой вечернюю прохладу, навевал радость от долгожданной встречи с женой. Свадьбу сыграли прошлой осенью, и Маша ждала ребенка…


Как бы само собой растаяло хмурое настроение, а заодно и тяжкие предчувствия, навеянные слухами о концентрации фашистских войск на границе. Вероятно, этому способствовали слова друзей после ротного отчетно-выборного собрания в этот субботний день - 21 июня 1941 года.


После него старший лейтенант Алексеев оставил членов вновь избранного бюро и напомнил о серьезности международной обстановки, о громадных задачах и сжатых сроках идущего строительства укреплений.


В этом году предстояло построить и оборудовать более 200 ДОТов, но пока были выполнены работы до седьмого цикла лишь на 6 ДОТах, остальные имели разную степень готовности.


В конце беседы он неожиданно сказал: «Прислушайтесь…» Все замерли, вслушиваясь в непрекращающийся рокот тяжелых машин со стороны границы. Гораздо явственнее слышен был грохот нашей бетономешалки. Отсюда цементный раствор шел на строительство ДОТов. После паузы Алексеев продолжил: «Вот вам подтверждение моих слов: мы строим и на той стороне тоже строят… Мы должны в этом соревновании победить. И мы победим!»
Возражать вслух многие давно отучились даже на гражданке, не то что командиру в армии. К тому же, подумалось, он, наверняка, прав.
Правда, Семен слышал от некоторых друзей-командиров, что немецкие войска проводят на границе усиленные учения. Может быть, даже и мы к ним присоединимся, ведь заключен пакт о ненападении между Германией и Советским Союзом. А вчерашний перебежчик - это просто провокатор. Не зря нам напоминают слова товарища Сталина, чтобы не поддавались провокациям и паникерским настроениям.


Ни члены комсомольского бюро, ни младший лейтенант Семен Желтоухов, уверенно подходивший к деревенской окраине, еще не знали и не догадывались, что комроты старший лейтенант Алексеев рокот тяжелых машин принял за звуки строительных механизмов, работающих на немецкой стороне. А на самом деле от Сувалок уже в течение нескольких часов к нашей границе двигалась танковая армада группы армий «Центр» вместе с вышколенными егерскими и другими подразделениями вермахта, вооруженными до зубов. До начала войны оставались считанные часы…

Ранним утром 22 июня землю в деревне Ячнево потряс сильный удар, раздался страшный грохот. Супруги Желтоуховы жили рядом с «точкой» - ДОТом, гарнизоном которого и командовал Семен. «Неужели война? - сразу мелькнула у него мысль. - Но ведь никакого предупреждения о повышенной боевой готовности накануне не было», - вытеснила ее другая. Однако размышлять было некогда, и Семен выскочил из дома, не успев ни одеть гимнастерку, ни попрощаться с женой…

Сомнения рассеялись сразу. Пылающие командирские избы, многочисленные убитые и раненые… Война! Горящий палаточный лагерь, кругом разбитая и развороченная техника… Вот запылал дом командира роты. Несколько солдат бросились к нему, но вскоре вернулись с печальной вестью: жена старшего лейтенанта Алексеева и дочь-школьница погибли.


- Зоны обстрела всех ДОТов перекрывали друг друга, все было продумано для победы, -пишет И.Г. Денисов. - Но Жуков 20 июня запретил занимать ДОТы. А 22 июня командиры были обязаны полдня (!) соблюдать осторожность и «не отвечать на провокацию». Хотя уже с 3 часов 30 минут все горело и трещало от мощного вражеского артобстрела.


В Липске, где находился штаб их 10-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона и склады, также рвались вражеские снаряды. Все кругом горело. Женщины и дети бежали к болоту - там авиабомбы и снаряды не рвались. Многие здесь спаслись, в том числе жена и сын комбата.
Они, как и многие другие родные наших командиров, как и Маша с родившимся вскоре сыном Семена, прожили в Польше в оккупации несколько лет. «Поначалу дети дразнили меня «большевистской мордой», - вспоминает сын комбата 10-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона Генрих Луппов, - а когда поняли, что такое немцы, стали намного лучше относиться. Взрослые к семьям командиров относились хорошо.


После прихода немцев мы переехали в деревню недалеко от Липска. Я пас коров у хозяина, который расплачивался за это продуктами. Мама зарабатывала на пропитание рукоделием».


Прервем пока воспоминания Генриха. У других семей командиров судьба складывалась порой намного хуже. Так, жена воентехника второго ранга, начальника артснабжения В.И. Илюшина, Пелагея, в июне 1942 года из д. Ячнево была вывезена фашистами в Германию вместе с маленькой дочкой, родившейся в апреле 1941 года. Освобождена была из концлагеря Stutthof, где под охраной СС находились враги рейха, в 1945 году. Вернулась в СССР с четырехлетней дочерью.


И вновь воспоминания сына комбата. «Отец разыскал нас только в 1955 году, когда мы уже жили в селе Полом. Знаю с его слов о боях. Во время наступления немцев отец находился в районе ДОТов, где батальон держал оборону в течение трех дней. Затем наступление немцев прекратилось. Выслали разведку, которая сообщила, что немцы уже бомбят Харьков. Отец собрал весь состав и объявил, чтобы все разбились на группы по своему усмотрению и пробивались к своим.


Сам он пошел на восток в составе штаба. В какой-то деревне они зашли к хозяину, тот пригласил их за стол. Пока они перекусывали, хозяин отправил своего сына за немцами. Из-за стола их забрали в плен».


Да, несмотря на внезапное нападение и значительно превосходящие силы противника, вооруженного до зубов, бойцы и командиры 10-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона целых три дня держали оборону и не пропустили врага, а по некоторым сведениям часть их даже предприняла наступление на Гродно. Успешное. Ночью ворвались в городские кварталы, но на утро были вынуждены их оставить. Силы были неравные. Противник между тем, обтекая упорные узлы обороны, танковыми клиньями рвался вперед, все дальше и дальше к Минску. И вскоре многие тысячи советских солдат и офицеров оказались в окружении. Прорывались кто как мог.
Например, однополчанин Семена Желтоухова, разыскивавший его Иван Денисов и еще 10 бойцов старались держаться возле старшего политрука Чикинева. Шли вдоль дорог Западной Белоруссии, прячась под деревьями от фашистской авиации. И чем дальше уходили на восток, тем больше на обочинах встречалось разбитой, брошенной техники и обозов. Вокруг лежали убитые. Стояли знойные, безветренные дни. Вздувались трупы лошадей. В воздухе был нестерпимый смрад. И, бывало, среди выходивших, или точнее, пробиравшихся из окружения, вдруг, раздавался сумасшедший крик: «А-а-а-а!» Кто-то хватался руками за голову и бросался в сторону. Спустя какое-то время у кого-то опять не выдерживали нервы, и вновь слышался тот же крик. Остальные упрямо шли вперед. Шли, натыкаясь на немецкие заслоны. Собирались без системы в отряды прорыва, многие при этом гибли, но часть все же прорывалась. Питались чем придется. В гноящихся ранах появились черви. Группы становились все малочисленнее. И многие, устав от нечеловеческих испытаний, не выдерживали соблазна и заходили в деревенские дома. И нередко это заканчивалось для них трагически.

Об одном таком эпизоде про И.Г. Денисова, служившего вместе с С.В. Желтоуховым, пишет Майя Ден в документальной повести «Рядовой по имени Иван»: «Вскоре Иван остался вдвоем с санитаром своей роты Николаем Терещенко… Однажды на рассвете они вышли на край деревни. Было тихо, не видно какого-либо движения, решили, что опасности нет. Спросили у женщины, возившейся по хозяйству у крайней хаты: «Немцы в деревне есть?» - «Нет». - «А поесть что-нибудь найдется?» - «Найдется». Поставили в угол у входа свои винтовки. Хозяйка подала на стол картошку, простоквашу и вышла. Через несколько минут в дверях хаты появилось двое немцев с автоматами наготове. Иван бросил взгляд на окно: там тоже стояло несколько человек с автоматами. Похоже, женщина выдала ребят. Их постигла участь многих солдат, кого законопослушное население Западной Белоруссии выдавало немцам, получая за каждого «советского» 50 дойчмарок. Всего несколько километров не дошел Иван до старой советской границы…» А дальше плен, концлагеря, и, наконец, удачный побег, а затем борьба с фашистами в норвежском Сопротивлении и возвращение на родину. Многие же из его однополчан больше ее не увидели, как и наш земляк, младший лейтенант Семен Васильевич Желтоухов, погибший в плену.


Перелистываю блокнот с записями Ивана Гавриловича Денисова о командном составе 1-й роты 10-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона 68-го Гродненского укрепрайона. Они лаконично трагичны.


Командир роты лейтенант Севцов Кузьма Кириллович - «числится пропавшим без вести после 22 июня 1941 года».


Замполит младший политрук Коломейцев Павел Андреевич - «война застала его на родине, где он был в отпуске с женой Варварой Михайловной и сыном Валерием. 22 июня 1941 года выехал в часть. Судьба неизвестна».
Военфельдшер Бут Владимир Филиппович - «без вести пропал».
Командир артвзвода лейтенант Бурлий Федор Павлович - «без вести пропал».
Командир артпульвзвода лейтенант Шпадарук Григорий Леонтьевич - «Тяжело ранен в голову 26.06.1941 г. С 28 июня 1941-го по 9 мая 1945-го был в плену, в том числе в Австрии. После спецпроверки восстановлен в звании».


Командир пульвзвода младший лейтенант Кокора Павел Михайлович - «приказом по Западному фронту от 14.06.1943 года (при ликвидации Западного фронта) отчислен как пропавший без вести после 22 июня 1941 г. В картотеке на офицеров по плену не значится».


Наш земляк командир пульвзвода Желтоухов Семен Васильевич - «попал в плен 26.06.1941 г. в районе Гродно. Умер от туберкулеза 17 мая 1943 г. в концлагере St ХI (как рядовой)» - (деревня Витцендорф).


Кстати, в плену Семен Васильевич назвал своим соседом на родине в с. Коноплянка Красивского района Ивана Кондратьева и ни слова не сказал о жене, оставшейся на оккупированной территории, во многом благодаря чему она и спаслась со вскоре родившимся сыном, которого так никогда и не увидел отец…


Дальше записи в блокноте мало меняются. В основном «числится пропавшим без вести», «плен» и иногда «в Книгах Памяти не значится». Это, пожалуй, наиболее скорбная для нас - потомков фронтовиков - надпись. И как здесь не поклониться Ивану Гавриловичу Денисову с Украины, потерявшему зрение и слух, но все равно пытающемуся разыскать сведения о своих однополчанах, чтобы увековечить их память и узнать хоть что-то об их родных у нас в России.
«Уважаемый Георгий Семенович! - пишет он в Инжавино сыну своего однополчанина Желтоухова. - Вместе с пакетом Книги Памяти 10-го пульбата посылаю Вам комплект копий ответов по розыску Николая Васильевича (Желтоухова из с. Балыклей - брата отца - Ред.). Сделайте обязательно попытку поиска - это не только для Вас нужно, но и для украинских архивов. Ведь мне вряд ли ответят, как лицу постороннему.
Желаю Вам здоровья и кланяюсь вашему мужеству и сердечности. Отец бы Вами гордился!
Всего доброго - от нас с Майей. Иван Гаврилович».


В другом письме он пишет Г.С. Желтоухову: «Я Вам посылаю карту, составленную по боевым журналам двух немецких дивизий. Сейчас создались хорошие контакты с историками Польши, Германии и Беларуси. Вам будет понятно, в каких условиях вел бой батальон Вашего отца, в т.ч. его 1-я рота. Это была самая высокая плотность по всей границе СССР: против сотни защитников ДОТов была брошена целая дивизия противника. Только одной артиллерии было около 30 батарей на 8 км укрепрайона…»


Жива в памяти народной немеркнущая слава о защитниках Отечества, их мужестве и стойкости в грозные сороковые годы минувшего столетия.  Дорога об этом каждая новая крупица фактов. Как поется в песне, это нужно не мертвым, это нужно живым. Всем нам.

 

 

 


 

 

Copyright © 2010-2011 "LES REFLETS - ОТРАЖЕНИЯ "