Русские люди


       
ВЫПУСКИ

Рубрики
Проза
Поэзия
Русские люди
Русская провинция
Тени минувшего
Наша вера
Странники
Мнение
Приглашение
к разговору
Наши фоторепортажи
Увлечённые
Сверхнаучные знания
Даты
Эксклюзивные интервью

Тематические обзоры


ГОСТЕВАЯ КНИГА


 
 
  Алишер ТАКСАНОВ (Швейцария)

 
2078 год: НЕБЕСНАЯ ТЮРЬМА
Футуристический роман
 
Часть 1
 
По этапу на Нептун
 

Летающая тюрьма «Искар» считалась самой страшной в Солнечной системе. Здесь служили отморозки человечества – палачи, надзиратели, следователи-костоломы – короче, люди с уродливой психикой, патологической ненавистью к инакомыслящим, и манией величия, верой в собственную правоту и непогрешимость. Их презирали в обществах и государствах на Земле, Марсе и Луне, однако в них нуждались деспотичные режимы, сохранившиеся по сей день кое-где, в частности, в республике Демор.

Следует отметить, что контингент, обслуживающий тюрьмы, формировали по специальным тестам, которые отсекали малейшие проявления человеколюбия, гуманизма, сострадания и толерантности в этой среде. И не удивительно, что подобными садистами был создан кошмарный режим для заключенных. Более того, они изобретали и внедряли в практику новые способы пыток и умерщвления, организовывали изощрённые издевательства. Поэтому для человека попадание сюда означало гибель, разница была только в одном: быстрой ли будет смерть, или медленной, болезненной и ужасной.

Кстати, на главном шлюзовом отсеке этого зловещего заведения горел транспарант: «Добро пожаловать в ад – в Великое будущее Искара для отверженных и падальщиков!». Это читал каждый, кого на транспортном корабле доставляли в летающую тюрьму. Шансы вернуться обратно были призрачными. Лишь паре десятков осужденных повезло, да и то в результате сильного международного давления. Однако и из них, вернувшихся домой, мало кто протянул больше года, – организм был настолько надломлен в результате чудовищной эксплуатации и издевательств, что просто не мог удержать в себе жизнь…

«Искар» – это гигантский корабль, построенный к столетию со дня рождения диктатора Демора его дочерью, взявшей тогда по наследству власть. Запущенный в январе 2038 года в космос, он за пять месяцев преодолел расстояние от Земли до Нептуна и остался на его орбите, став четырнадцатым спутником.

Имея два километра в длину, пятьсот метров в ширину и сто – в высоту, корабль вмещал в себя более ста тысяч заключенных и пять тысяч обслуживающего персонала, из которых девяносто девять процентов были садистами. Все они служили офицерами и сержантами Министерства по демократизации и свободе – органа, осуществлявшего насилие и репрессии, следившего за тем, чтобы ни одна крамольная мысль не засела в головах граждан Демора (практически, это Министерство было правопреемником ранее существовавших Министерства внутренних дел, Генеральной прокуратуры и Службы национальной безопасности, вместе взятых).

Всего один процент из этих пяти тысяч отъявленных мерзавцев составляли привлеченные технические работники, – обслуживающий персонал, который следил за состоянием атомного реактора, машин и оборудования. В основном это были простые инженеры и механики. Были среди них также и врачи, не имевшие отношения к следователям и надзирателям. Они в меру сил поддерживали санитарию, хотя изменить негативные процессы влияния космоса и условий труда на здоровье людей в полной мере не могли.

Дело в том, что корабль являлся не только местом заключения для оппозиционеров и диссидентов – врагов политического режима, сохранившегося в Деморе, но и заводом, где перерабатывали руду, добываемую на Нептуне. Грузовые автоматические транспортные корабли доставляли на «Искар» сырье, и уже в специальных промышленных зонах огромного корабля подневольные рабочие выделяли «гулий» – особо ценный минерал, который использовался в ювелирной отрасли, в тяжёлой промышленности и энергетике. По стоимости и технологическим возможностям он превосходил золото, серебро и драгоценные камни в сотни раз, поэтому имел особый спрос на рынке.

Драгоценный минерал со временем стал служить своеобразной валютой для взаиморасчётов не только отдельных стран, но и целых населённых планет. Он являлся природным аккумулятором, способным хранить огромное количество энергии, и поэтому был незаменим в регионах, испытывающих дефицит энергии.

Единственным владельцем лицензии на добычу «гулия» была наследница диктатора – дряхлеющая сто пятилетняя женщина – одна из самых богатых и жестоких женщин Солнечной системы. Было общеизвестно, что первоначальный капитал она сколотила в годы правления её кровожадного отца, высасывая ресурсы из республики и выгодно размещая их в банках на других планетах.

Гуль-апа вложила часть средств в выгодные проекты и утроила своё состояние, а потом построила корабль. Это был рискованный, с точки зрения коммерции шаг, ведь затраты могли и не окупиться, если бы переработка руды оказалась сложной. К её счастью, инженер Шмицерман изобрел технологии, позволяющие из горной массы извлекать минерал, а фирма Doc Werner разработала дешёвый способ сбора руды с поверхности Нептуна и доставки на орбиту, к «Искару».

Уже через год эксплуатации космического завода все вложения вернулись с лихвой и дальше он приносил только гигантскую прибыль, приумножая и без того огромное состояние Гуль-апы. Попытки других государств «присосаться» к добыче чудо-минерала сразу жёстко пресекались, так как ООН в своё время продал патент на его исключительную разработку и добычу только ей, и ничто не могло изменить статус-кво, если того не желала сама «хозяйка». Китай и Россия получили предупреждения от Луны, Марса и США, что следует уважать международное право. Поэтому ни одна другая станция или корабль не посещали территорию Нептуна.

Однако не всё было так просто. Минерал содержался в массе, которая отличалась высокой радиоактивностью, и при работе с ней не спасал даже защитный костюм. В итоге большая часть заключённых из первой партии, прибывшей на корабль, поросту вымерла, а те, кто выжил, жутко мутировали, превратившись в уродов и чудовищ. Они уже мало внешне напоминали людей и, соответственно, их психика тоже была далека от человеческой. Контингент корабля исправно пополняли новые арестанты, благо, численность населения Демора позволяла это делать, так что рабочих рук для космоса хватало. За двадцать лет «Искар» стал кораблем-тюрьмой, где проживало сообщество странных существ, контролируемых людьми-садистами. А с его борта на Землю ежемесячно уходил груз с сотней тонн «гулия». Взамен транспортники привозили продукты питания и новых заключенных, прошедших конвейер судилища. Всех, кто не выдерживал нечеловеческих условий и умирал, хоронили здесь же. Хотя разве это можно было назвать похоронами? – Мертвеца в той же одежде, в которой его застала смерть, просто выкидывали за борт, не сказав ничего вслед. Лишь некоторые заключенные, кто ещё не забыл, тихо шептали при этом слова молитвы, прося упокоить горемычную душу... Надзиратели гоготали, радуясь, что одним «врагом народа» в Солнечной системе стало меньше.

Журналист Алексей Воронович не тешил себя надеждами хорошей жизни на этом корабле, – слухи о страшной жизни здесь доходили даже до Земли и Луны. Однако все попытки международного сообщества провести инспекцию на соответствие принятым нормам содержания заключенных наталкивались на сопротивление репрессивного Демора и лично Гуль-апы с внуком Абдугани. Оба не желали, чтобы все узнали о том произволе, который царил с их благоволения на «Искаре».

Арестованный за критические статьи во Всепланетной киберпаутине Interplanet по обвинению в государственной измене, призывах к свержению конституционного строя, а также уклонении от уплаты налогов (обычный «набор» уголовных статей, что клепало против оппозиции Министерство по демократизации), – Алексей был быстро осуждён. У судей даже сомнений не возникло в бредовости сфабрикованного дела. Его отправили отбывать тридцатилетний срок у орбиты Нептуна. Правительство прекрасно осознавало, что шансов вернуться домой даже после этого срока у опального репортера просто не будет – никто там не протягивал более десяти лет. «Ты – труп, и не строй иллюзий на благополучный исход», – честно и ехидно говорил ему старший инквизитор Министерства Толипов, который фабриковал обвинение. Впрочем, особого труда ему это не стоило – он просто скопировал дело с досье другого работника СМИ, отправленного «в космос» полгода назад, заменить пришлось только фамилию и дату рождения, а также количество статей, «представлявших угрозу безопасности страны, дестабилизирующих экономику и сеявших панику среди населения» – так часто звучали претензии власти к не подконтрольным сотрудникам прессы.


Не следовало Алексею критиковать свободное общество и любимого президента – правнука великого «Человека № 1, определившего эпоху», именем которого назван был этот зловещий летающий «санаторий». Именно туда и отправлялся теперь журналист, чтобы «осознал ошибки и исправился», если, конечно, успеет...

Нельзя сказать, что с этим был согласен сам Алексей. Яростно сжимая кулаки, закованные в титановые наручники, он мысленно клялся себе, что вырвется оттуда – сбежит и ещё покажет госпоже властительнице и её внуку, где «раки зимуют». А сейчас он сидел в жёстком пластиковом кресле и через иллюминатор наблюдал, как транспортник «Русиноят» причаливает к космической тюрьме. Над головой висел холодный Нептун, – проклятое Всевышним место. Его атмосфера абсолютно не пригодна для человека. Верхние слои содержат большое количество водорода, гелия и метана. При взгляде из космоса эта смесь придавала планете ярко выраженный синий оттенок, в результате поглощения верхним покровом инфракрасных лучей.

Алексей вспомнил, как пролетая мимо Урана, поразился его аквамариновой раскраске, словно кто-то расписывал его однотонными красками. Однако в атмосфере Нептуна формировались облака из сероводорода и аммиака, которые окутывали планету, скрывая её от взоров  из космоса, и там, у поверхности, не было ни тепла, ни зелени, ни животного мира. Только лёд из различных веществ, камни и абсолютный холод.

Где-то у горных массивов работали в автоматическом режиме гигантские роботы, добывающие «гулий». Метеорологическая обстановка была не из самых приятных – на планете бушевали сверхзвуковые штормы, противостоять которым было невозможно. Поэтому ремонтников на поверхности не держали, их спускали на Нептун только при необходимости, если выходило из строя оборудование или отказывала автоматика. Не все возвращались обратно – в таких условиях даже в скафандрах выжить было сложно, не говоря о случаях, когда штормы размазывали зазевавшегося человека о камни. Почти половина ремонтников оставалась замерзшей на поверхности планеты. Их судьба никого не интересовала. Поэтому отправляли туда, по большей части, приговорённых к смертной казни или к пожизненному заключению. Надзиратели вводили жертве специальный наркотик, который снимал сопротивление, и сажали в капсулу. Тому уже ничего не оставалось, как выполнить задание. Шансов вернуться у него было мало.

Алексей разглядывал кольцо, опоясывавшее Нептун. Оно не было столь величественным, как у Сатурна, и всё же придавало планете определённую прелесть. Вообще-то это вращались по круговой орбите ледяные частицы, покрытые силикатами, имевшие в своей основе углеродный материал. Вполне возможно, что это и определяло их красноватый оттенок. Самое интересное, что этих колец было… целых пять!

      Самое внешнее и яркое именуется кольцом Адамса. Оно расположено на расстоянии шестидесяти трёх тысяч километров от поверхности планеты. Его ширина – всего около пятидесяти километров. Причем, яркость этого кольца была неравномерной: на тонком «ободке» располагались три яркие дуги протяженностью от тысячи до десяти тысячи километров, называемые как «Свобода», «Равенство» и «Братство». Звучало это, как издевательство над теми, кого нещадно эксплуатировали и убивали в летающей тюрьме. Говорят, именно сюда злые охранники сбрасывали трупы. Мол, теперь «вы все свободны, равны и родственники друг другу...»

Далее, на расстоянии пятидесяти трёх тысяч километров от центра Нептуна, лежало кольцо Леверье шириной около ста километров. Там кружились спутники с аппаратурой по метеонаблюдению и дистанционному исследованию грунта. Ближе, – на расстоянии в сорок две тысячи километров, находилось размытое кольцо Галле. Еще одно слабое кольцо, названное в честь директора тюрьмы, «Исаевское», шириной около пятисот километров, проходило по орбите Галатеи и состояло из вещества, выбитого из её поверхности.

По мере приближения к Нептуну, его диск перекрывал зону видимости. Опальный журналист был очарован великолепием этой восьмой и последней, как говорили ученые, «настоящей» планеты Солнечной системы. Перед этапированием с космодрома «Жаслык» в летающую тюрьму всем заключенным предупредительно раздали листки с информацией, чтобы они осознали, куда их направляют и что их там ждет. «Нептун – планета, погруженная в вечные сумерки, и вы, как кроты, будете жить в этой тьме…», – ехидно говорили им сопровождающие охранники из Министерства по демократизации. От этих слов становилось не по себе, женщины плакали и тихо молились, чтобы даже там их не покинул Всевышний и позаботился о их судьбе.

Поскольку во время полета заняться было нечем – а читать здесь книги или смотреть фильмы запрещалось (не на курорт их везли!), – пришлось от нечего делать перечитывать справку и Алексей практически выучил её наизусть. «Скорость ветров на Нептуне достигает 300 метров в секунду, эффективная температура составляет (всего!) – 214 по Цельсию. Именно здесь и находилась летающая тюрьма.

Транспортный корабль причаливал к «Искару». Пилоты умело маневрировали, заботясь больше о своей безопасности, чем о жизни тех, кого везли полтора месяца с Земли. Заключённые, скованные цепями, прильнули к иллюминаторам. Стоявшие рядом охранники усмехались, один из них с издевкой крикнул: «Смотрите, смотрите, уроды, где вам предстоит помереть! Молитесь, чтобы смерть скорее настигла вас, ибо жизнь здесь – ад! Добро пожаловать!»

Заключенные молчали, стиснув зубы. Они понимали, что бессмысленно спорить или выражать протест – тут с такими не цацкаются: в лучшем случае – сразу пристрелят, в худшем – отправят на пытки или опыты. А могут просто открыть люк и выкинуть человека в безвоздушное пространство. Смерть будет практически мгновенная, что избавит от мук и страданий. Все это понимали, но никто почему-то не спешил воспользоваться этим шансом.

Тем временем огромная масса летающей тюрьмы приближалась с каждой минутой, заслоняя уже сам Нептун. Дух захватывал от его размеров. Мысленно каждый удивлялся, как можно было такое построить и запустить в космос? Виднелись блоки с атомными реакторами, цеха, локаторы и двигатели, которые использовали для того, чтобы удержать корабль на орбите Нептуна, сотни пришвартованных капсул с рудой. Причальная консоль пассажирского шлюза располагалась в самом начале, и там уже висело два транспортника, которые вот-вот должны были вернуться на Землю с добытым минералом, а также с сотрудниками, отбывающими в отпуск или сменившихся с вахты. Ещё сотня богатеев получит чудные игрушки стоимостью в миллионы «кварков», а садисты с упоением будут рассказывать коллегам в Министерстве, какие изощрённые пытки придумывали для заключенных...                            

     «Вот она, наша тюрьма…» – тихо прошептал кто-то за ухом Алексея. Он обернулся и увидел пожилого имама, седоватого мужчину, который чтил шариат выше, чем законы диктатора-внука, и за это был наказан. «Это ниспослано нам Всевышним в виде испытания, и его мы должны стерпеть с достоинством!» –  произнес старик. «Нас сюда послал отморозок в «Ок-Сарае, старик!», – с негодованием произнес другой заключенный по имени Шерали, который три месяца назад работал таксистом и попал на скамью подсудимых лишь за то, что не хотел делиться трудовым заработком с сержантом воздушно-транспортной инспекции Министерства по демократизации. Извозчику быстро впаяли соучастие в деятельности террористической организации и тоже сослали на Нептун для осознания своего заблуждения и перевоспитания. Он был верующим, однако не считал, что прогневал Аллаха: за всю свою жизнь он не сделал ничего грешного.


«Молчать, подонки! – прикрикнул на них один из надзирателей, стуча прикладом параллизатора по стене, – говорить будете в своих камерах, если позволят, а сейчас быстро от иллюминаторов, – насмотрелись!»


Двое спутников отодвинулись от Алексея и угрюмо уставились в потолок. Он им тоже ничего не сказал, продолжая издалека смотреть на гигантский корабль. На борту тюрьмы горели огромные буквы: «Искар». «Почти Икар, мечтавший о полётах в небе, подобно птице», – подумал Алексей, – эх, судьба, судьба, что же за дороги ты мне выбираешь?» Он, откинулся на у жесткую спинку кресла. Во время всего полета в этих креслах люди спали, ели и справляли нужду. Последнее было особенно унизительно было: мужчины находились рядом с женщинами и все естественные отправления приходилось делать в поле зрения противоположного пола.

Впрочем, к этому вскоре все привыкли. Ибо даже к скотскому отношению человек способен адаптироваться, не зацикливаясь на многих вещах, которые раньше показались бы дикостью. Раз в сутки всем разрешалось встать, чтобы размяться, тоже не отходя от места «прописки», и помолиться, если у кого-то была в этом необходимость. Естественно, такое отношение к себе стерпеть мог не каждый. Пять трупов уже скинули под дюзы, и их пепел плавал теперь где-то между Марсом и Ураном. Как шутили охранники: «Вы ещё им, мертвецам, позавидуете!» И теперь было понятно, что это совсем не шутка...

Продолжение следует...

 

 

 

Copyright © 2010-2011 "LES REFLETS - ОТРАЖЕНИЯ "