Русские люди


       
ВЫПУСКИ

Рубрики
Проза
Поэзия
Русские люди
Русская провинция
Тени минувшего
Наша вера
Странники
Мнение
Приглашение
к разговору
Наши фоторепортажи
Увлечённые
Сверхнаучные знания
Даты
Эксклюзивные интервью

Тематические обзоры


ГОСТЕВАЯ КНИГА


 
Приглашение к разговору
 
Виктор ЧЕРНЫХ
 
МОДЕРНИЗАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ СЕЛА
 

Мировой экономический кризис, перспективы окончательного преодоления которого до сих пор остаются туманными, со всей очевидностью продемонстрировал, что Россия на сегодняшний день является слабой страной, стабильность которой целиком и полностью зависит от цен на энергоресурсы. Тенденция, при которой значительная часть доходной части государственного бюджета формируется за счет экспортной продажи нефти и газа, с каждым годом становится все более угрожающей.


Зависимость России от сырьевого экспорта и нарастающее технологическое отставание ведет не только к падению уровня жизни граждан в долгосрочной перспективе и упадку инфраструктуры, но и к прямой опасности потери государственного суверенитета.


Осознание этих вызовов заставило президента Медведева сформулировать пять приоритетных направлений модернизации российской экономики. Это энергетика, ядерная промышленность, телекоммуникации, информационные технологии и медицина.


И все бы хорошо, потому что конкуренция с ведущими мировыми державами ничего кроме пользы принести не может. Однако специалисты как внутри страны, так и за ее пределами очень сомневаются, удастся ли совершить прорыв именно на обозначенных направлениях. Дело в том, что телекоммуникации, информационные технологии и медицина никогда особенно не были нашей сильной стороной, в том числе и в советский период. А потому, ждут ли нас тут успехи, никто уверенно сказать не может.


Мы и в энергетике, ядерной промышленности откатились так далеко, что вряд ли сумеем в этих сферах задавать тон с такой же неумолимостью, с какой это делали раньше. Подкосили нас девяностые годы прошлого века. Во-первых,  это был период интенсивной «утечки мозгов». Ректор Московского университета Садовничий оценивает количество уехавших за границу на заработки ученых в 1,5 миллиона человек. При этом, безусловно, уезжали не просто лучшие, а именно те, кто имел прорывные идеи, без наличия которых на прогресс вряд ли можно рассчитывать. Во-вторых, наработки ученых советской поры тоже так или иначе оказались за рубежом. Фон Сороса ли в том виноват, как говорят некоторые, или наша обычная безалаберность, но по факту мы утратили наработки предшествующих десятилетий и строить новое «здание» предстоит фактически на пустом месте.


Но дело даже не в нашем научном потенциале. Вопрос стоит так: а следует ли нам делать упор на  НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы)?


Уильям Нордхаус, профессор экономики из Йельского университета, в 2004 году вызвал бурную дискуссию, когда опубликовал расчеты прибылей и доходности инвестиций в инновационную деятельность в Соединенных Штатах. Оказалось, что доходность на вложенный в инновации капитал для американских компаний составила в среднем за период с 1948 по 2001 годы лишь 0,19 процента годовых, то есть меньше темпов инфляции (к слову, у нас- то инфляция повыше, а потому…).
С точки зрения здравого смысла разумнее позиция того же Китая, который импортирует (а порой и ворует) технологии с догоняющей моделью роста и растет в среднем не менее, чем на 8 процентов в год.


«Ладно, - скажут мне. – Мы приняли твои аргументы. Но стране развиваться-то надо, каковы предложения?».


А предложение простое: модернизацию нужно развернуть в направлении той сферы экономики, которая всегда была для нас главной. Проницательный читатель уже догадался, что это – сельское хозяйство.


Да, наше главное богатство не недра, не вода (как бы на это достаточно прозрачно не намекал нам Грызлов) и даже, как ни печально, не люди.  Наше главное богатство – земля. Ее у нас, как говорится, не меряно. Впрочем, почему не меряно? Именно что меряно: 121 миллион пахотной земли. А знаете, сколько из них используется для производства продукции? Всего лишь 48 миллионов гектаров. И при той ничтожной доле используемой земли мы собрали в 2008 году 108 миллионов тонн зерна, что позволило горизонт импортного потенциала развернуть едва ли не до 48 миллионов тонн.


Модернизация сельскохозяйственного производства могла бы увеличить урожайность на 20-30 процентов. И это – не утопия. Вероятно, я многих удивлю, если скажу что в нашей традиционной житнице, каковой является Алтай,  до сих пор собирают по … 8 центнеров зерна с гектара. Для нас, красноярцев, где средняя урожайность переваливает порой и за 24 центнера, это смешно. А южане (красноярские «южане», конечно) и над этой цифрой повеселятся от души, потому что им привычны урожаи и за 40, а то и за 50 центнеров с гектара.


Нет, нельзя сказать, что в России над развитием сельского хозяйства не думают. Думают, в том числе и Президент, и Премьер - министр, которые достаточно четко сформулировали задачу обеспечения продовольственной безопасности страны уже в ближайшей перспективе.


Но у нас есть возможность говорить уже не о собственной продовольственной безопасности, а о том, чтобы делать из России кладовую продовольствия для всего мира. Нуждается ли мир в этом? Да, нуждается, и очень остро. Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) предупреждает, что мир стоит на пороге нового продовольственного кризиса. Природные катаклизмы и спекулятивная активность землетрейдеров разогрели рынок настолько, что цены на отдельные виды продовольствия уже превысили показатели 2008 года, когда десятки стран мира просто голодали. Многие вопросы упираются, конечно, в недостаток именно платежеспособного спроса. Но если придется выбирать между железом и хлебом, то очень немногие согласятся глодать железо. Это ведь тоже понятно, хотя и звучит несколько цинично.


У нас есть очень многое для того, чтобы стать именно  «кладовой продовольствия» для всего мира, в том числе и опыт господства на мировом рынке зерна и иного продовольствия. Некогда мы были крупнейшими поставщиками Европы и с того момента времени прошло не очень много. У нас, кстати, замечательные климатические условия, для картошки, например, может, и вообще лучшие в мире. Но не только для картошки или зерновых. Мне пришлось недавно лично общаться с итальянскими предпринимателями, которые не только производят самое современное оборудование для животноводства, но и сами занимаются производством такой продукции. Так вот, глава компании Pedercini Impianti Джанлуиджи Педерчини, в частности, эмоционально заявил: «Вы не представляете потенциальные возможности своего региона. Вашим возможностям нет предела. Регион огромен, почвы плодородны. В отличие от Италии, здесь есть возможность создания больших зоологических предприятий». Но если это даже у нас, в «вечно заснеженной Сибири», то что же говорить, скажем, о Краснодарском крае и других регионах страны с более благоприятным климатом?


Чего же нам не хватает? Разумеется, инвестиций. Некто Ф.А.Шамрай еще в 2009 году озвучил цифру в 193 триллиона (!!!!) рублей, которые требуются на модернизацию России. Президент фонда «Сколково» Виктор Вексельберг говорит, что только на проект «Сколково» в течение ближайших трех лет понадобится около 180–200 млрд. рублей.


А теперь сравните: «Была принята Государственная программа развития АПК. На её реализацию в 2008-2009 годах из федерального бюджета было выделено более 300 млрд рублей. Ещё 107 млрд рублей составит финансирование текущего, 2010 года». Как вы думаете, кто это говорит. Да, Председатель Правительства Российской Федерации Путин на совсем недавнем совещании по вопросу расходов федерального бюджета на 2011-2013 годы в части сельского хозяйства. И в то же время он замечает: «Даже в сложных условиях кризиса прирост объёмов сельхозпродукции составил 12 процентов. Это даже на 4,3 процента больше, чем предусматривалось нашими планами».


Ну, каково? Сельская «лошадка» тянет даже тогда, когда ей и «овса» в волю не дают. А если представить, что дадут? Или, переформулировав вопрос:  что же нам тогда от добра добра модернизационного искать, если оно уже у нас в кармане?
Вот, похоже, не многим верится, что именно сельское хозяйство может двинуть Россию в будущее, включая в число этих неверящих и высших государственных чиновников. Много лет отрасль называли «черной дырой», куда исчезали огромные денежные суммы.


Инерция подобного мышления чувствуется и сейчас. Хотя надо учитывать, что к нынешнему времени в деревне, наконец, возникла многоукладность: вместо колхозов и совхозов появились индивидуальные предприниматели, фермерские хозяйства, сельхозкооперативы, крупные холдинги. Я сам имею отношение к одной из таких структур и ответственно могу сказать, что сельский бизнес по своей гибкости очень немногим уступает бизнесу промышленному, а, возможно, даже и превосходит его, потому что развитие его шло в гораздо более трудных условиях, а потому он и закален лучше.


Самое любопытное, что для модернизации села не нужно многих триллионов рублей. Сельский бизнес благодарно откликается на любую помощь, которую ему соблаговолят оказать, будь то даже сниженные ставки по кредитам на развитие производства. А уж если государство выступает в роли соивестора каких-то программ, то результатов можно ожидать не просто хороших, а чаще всего фантастических. Ведь почему мы в 2008 году собрали рекордный для России урожай зерновых? Да потому, что в течение двух лет государство софинансировало программу приобретения для сельхозпроизводителей современной сельскохозяйственной техники, удобрений и так далее  в соотношении 50 на 50 процентов. Всего лишь!


Конечно, когда я говорю о модернизации сельскохозяйственного производства, я не имею в виду модернизацию сельской жизни. Вот на это средства нужны, и огромные,  ведь за период так называемой ельцинской земельной реформы деревня действительно пережила самую жестокую за последние 200 лет ломку, что привело к разрухе, повышенной смертности, безработице.


Однако можно пойти и по пути западных стран, где сельской инфраструктурой фактически не занимаются, потому что хозяйство полностью поставлено на промышленные рельсы. В тех же Соединенных Штатах Америки крупные производители зерна, молока, мяса живут отнюдь не в деревне, а в мелких и средних городах и вполне успешно на полях и фермах работают по методу привычного некогда для россиян отхожего промысла. Поэтому услышав, что 3 процента американцев кормят всю нацию, не удивляйтесь. Эти три процента составляют фермеры, которые от земли так и не захотели отрываться ради городских благ. А остальные от земли уже довольно далеко.


Модернизационный потенциал села огромен. При этом надо учитывать, что хлеб как был, так и остается до сих пор «головой». Развитие села потянет за собой развитие сути дорог, машиностроения, транспорта, перерабатывающих предприятий, системы обслуживания. Нанотехнологии тоже не останутся невостребованными, как, впрочем, и системы связи, да и любые другие. Так что срочно надо принимать меры к тому, чтобы сельское хозяйство как можно быстрее было включено в приоритетные направления модернизации российской экономики. Потому что именно оно и вернет нам собственное достоинство и уважение всего мира…

Красноярский край, Россия


 

 

Copyright © 2010-2011 "LES REFLETS - ОТРАЖЕНИЯ "