Русские люди


       
ВЫПУСКИ

Рубрики
Проза
Поэзия
Русские люди
Русская провинция
Тени минувшего
Наша вера
Странники
Мнение
Приглашение
к разговору
Наши фоторепортажи
Увлечённые
Сверхнаучные знания
Даты
Эксклюзивные интервью

Тематические обзоры


ГОСТЕВАЯ КНИГА


 
Мысли вслух
 
Андрей ШВАРЦ
 
КУМОВСТВО КАК ТОРМОЗ МОДЕРНИЗАЦИИ
 

Родиной непотизма (от лат. nepos, род. п. nepotis — внук, племянник), а проще говоря – кумовства вообще-то считается Италия. Но многим моим соотечественникам  трудно в эту версию поверить, потому что явление настолько органично именно для нашей страны, что, вероятно, многие так и считают: оно тут и родилось, и именно для нас процвело.


И дело, конечно, не в том, что нам с детства привычно грибоедовское «Ну как не порадеть родному человечку». Есть примеры, что называется, и поближе. Нам, бывшим советским, глупо рассказывать о клановости (особенно – во власти), потому что мы росли и мужали при брежневизме, когда у власти стояли днепропетровские, потом пережили ельцинские времена екатеринбургских с  дочерью Бориса Николаевича Татьяной во главе, ну, а сейчас стареем при властвовании петербургских, когда едва ли не все значимые посты в государстве занимают выходцы из Северной столицы.


И все, вроде, знают, что непотизм, кумовство, клановость, фаворитизм – это плохо. Но не меняется ровным счетом ничего. Это что же, наше такое проклятие?


Если хотите, то да, именно что наше и истоки явления вполне известны. Многие, наверное, удивятся, когда услышат, что истоком на самом деле являете взаимное недоверие.


Социологи провели недавно опрос по уровню доверия в 57 странах мира, и Россия заняла в нем одно из последних мест. Как выяснилось, в нашей стране не доверяют соотечественникам 77 (!!!) процентов опрошенных. «Чемпионом», к слову, стала Норвегия, где только 26 процентов опрошенных относятся к окружающим с подозрением.


Ну, а теперь давайте попробуем поставить себя на место Брежнева, Ельцина, Путина. Они ведь в обыденной жизни руководствуются теми же постулатами, что и их соотечественники,  и занимаемые ими высокие посты лишь усугубляют ситуацию, потому что лидеру нации всегда приходится быть «святее папы Римского», то есть не просто исповедовать то же самое, что руководимый им народ, но и быть этому народу в том ярким примером.


Итак, лидеры тоже не доверяют «чужакам», записывая в «чужаки» и большинство своих соотечественников. Среди кого они тогда выбирают себе соратников? Правильно, в «ближнем круге». Это ближний круг не может быть велик, потому что способности к коммуникациям у каждого человека довольно сильно ограничены и в число хотя бы шапочно знакомых не могут войти не то что все 150 миллионов соотечественников, но и даже хотя бы одна стопятидесятая часть их. Это сужает пространство для маневра при решении кадровых вопросов до предела. Не потому ли, кстати, и сегодня уже новый президент Медведев сетует на то, что власть испытывает настоящий кадровый голод?


Но может ли страдать от кадрового голода такая большая страна, как наша? Не может! Возьмем для примера ту же Чечню. Население там лишь немногим более 500 тысяч человек, но у них есть президент (правда, сейчас он выдвинул инициативу называться лишь главой администрации), есть правительство, есть все иные структуры, обеспечивающие жизнедеятельность республики. И Кадыров говорит, что именно при таком руководстве Чечня процветет.


Мы же, потеряв одних ученых из-за их высокой востребованности за границей в три раза больше (!), чем население всей Чечни, говорим сегодня о кадровом голоде?
Что то здесь, согласитесь, не то.


А «не то» как раз и заключается в недоверчивости к людям «со стороны». Власть перетасовывает одну и ту же кадровую колоду из людей ближнего круга. Кстати, вот этот самый «ближайший круг» в этом заинтересован как никто другой. Искренне верю, что президентам (что Ельцину, что Путину, что Медведеву) ситуацию хотелось бы изменить и действительно получить в то же правительство настоящих профессионалов. Однако нынешняя элита сознательно держит «границу» на «замке» и не пускает в ближний круг никого, кто мог бы составить им конкуренцию. Они просто боятся проиграть, но в результате проигрываем мы все, потому что новые люди несут и новые идеи, которых так катастрофически не хватает России для того, чтобы действительно перейти к модернизации страны.


Есть, правда, подозрение, что подобная политика культивируется не только отдельными представителями элиты, но и вообще всем истеблишментом вместе взятым. Тут ведь как. Без доверия человек вообще жить не может. Он должен на кого-то опираться.  Но если он не может опереться на соотечественников (вспомним, в России соотечественникам не доверяет 77 процентов населения), то у него один выход: искать опоры в государстве. Да, человек знает, что у нас государство ненадежное, на нужды его обращает внимания весьма мало, что оно часто совершает вообще подлости по отношению к своим подданным. Но опереться на кого-то же надо. А государство вот оно, всегда рядом, на каждом шагу - куда не сунься, за что не возьмись.


Но мне не хочется верить, что нынешняя власть сознательно культивирует патернализм (патернализм, вождизм, кроме прочего,  порождает и многочисленных идеологических «оруженосцев», готовых на все лады восхвалять вождей, оправдывать в глазах людей самые негативные их действия и решения. Наиболее уродливо эта тенденция проявилась во времена сталинского тоталитаризма). По крайней мере, Медведев не дает поводов так думать, потому что он, наоборот, призывает россиян к самостоятельности, к умению самовыражаться.


Значит, Дмитрию Анатольевичу нужно каким-то образом разворачивать ситуацию и добиваться повышения уровня доверия в обществе. В противном случае ведь ничего ни в экономике, ни в политике добиться не удастся.


В экономике все обречено на провал потому, что нет развития бизнеса без доверия к власти и внутривидового доверия. Вот что пишет об этом газета «Ведомости» в одной из своих редакционных статей: «Страх, что твой сосед окажется проходимцем, — не личное дело каждого, доказывают экономисты. В масштабах страны этот страх тормозит … экономическое развитие. Страны с высоким уровнем доверия регулируют деятельность бизнеса в гораздо меньшей степени, чем те государства, где люди боятся друг друга, там выше темпы экономического роста и уровень жизни.


Когда в обществе сильны горизонтальные связи и высока склонность к сотрудничеству, люди способны самостоятельно, без вмешательства извне (в первую очередь — со стороны государства), решать возникающие проблемы. А когда люди боятся друг друга, общество начинает слишком сильно рассчитывать на железную руку и вертикальное управление.


К тому же «обществу параноиков» требуются дополнительные издержки для защиты от обмана: в масштабах всей экономики это ведет к снижению ее эффективности. Вспомним хотя бы количество разнообразных охранников в России — все эти сотни тысяч молодых, крепких, трудоспособных мужчин могли бы создавать экономические ценности, вместо того чтобы деградировать на их нынешней работе. Тем не менее, эти услуги в современной российской экономике очень востребованы, как и услуги сотрудников силовых ведомств.


Формируется и соответствующая правовая среда для ведения бизнеса: когда законодатели исходят из того, что все предприниматели — воры и обманщики, они соответствующим образом учреждают налоговые, валютные и другие регулирующие бизнес нормы. А когда общество тотального контроля проходит через либерализацию, как это было с Россией, его накрывает социальная дезорганизация и высокая коррупция (ведь взаимного доверия как не было, так и нет). И граждане начинают вновь тосковать по железной руке.


В политике же взаимное недоверие людей формирует спрос на тоталитарный стиль управления, который еще больше увеличивает страхи людей и взаимное недоверие. Получается такой замкнутый круг, прорваться из которого к демократии и свободе, о которой опять же так часто говорит наш Президент, невозможно в принципе.


Задача по снижению уровня взаимного недоверия в стране «двунадесяти» языков, без всякого сомнения, чрезвычайно сложна. Но в принципе она решаема, тем более, что есть опыт Советского Союза, когда уровень взаимного доверия был гораздо выше. Ну, да, помогала идеология. Так что мешает и сегодня эти возможности задействовать? Идеология, ведь, страшна не сама по себе как таковая, а когда направлена на неблагие цели. Цель же искоренения кумовства – это явное и отчетливое благо для большинства…


 

 

Copyright © 2010-2011 "LES REFLETS - ОТРАЖЕНИЯ "